« Обратно к выбору



1979

Я — раб Твой!


О, Господи! я раб Твой, я раб Твой и сын рабы Твоей. (Пс.115,7)


Наш дорогой брат узник в Господе Яков Григорьевич Скорняков передал из тюрьмы письмо. Там есть такие слова: «Не бойся врагов. Самое большое, что они могут сделать — это убить тебя. Не бойся друзей. Самое плохое, что они могут сделать —это предать тебя. Но бойся равнодушия, которое в молчаливом одобрении поощряет и убийство, и предательство».


Проникая в смысл этих слов, мы видим, что для христианина самое страшное — иметь дух равнодушия. Человек равнодушный вроде ничего плохого и не делает, но на всех действиях его лежит отпечаток застоя, а вода стоячая не может быть чистой ни в коем случае.


В Священном Писании много говорится о людях, которые ходят в истине или стоят в ней. А вот сказанного о «сидящих» в истине вы нигде не найдете. Кто ходит в истине Божьей, тот не сможет быть равнодушным к делу Господню, праздно сидеть сложа руки, но всем существом будет стремиться что-либо сделать во славу Божью. К сожалению, сегодня не всем и не всегда удается побороть состояние лаодикийской удовлетворенности; именно преступное равнодушие сковывает сердца и губит многие души. Ведь иногда смотрят, что и дела вроде не плохо идут, души каются, и даже немало. Но если посмотреть глубже, то это далеко не все, что мы должны делать во славу Господа.


Христос ученикам Своим говорил: «Посмотрите на нивы, как они побелели и поспели к жатве. Итак молите Господина жатвы, чтобы выслал делателей на жатву Свою» (Иоан. 4, 35; Мтф. 9, 38). Один брат благодарил Господа, что Христос учил молиться не о деятелях, а о делателях. На первый взгляд кажется, что эти слова означают одно и то же. Но между ними большая пропасть. Деятель может только много говорить о деле, а истинный делатель — сразу приступает к любой, даже совершенно не заметной для людей, работе. И не боится, самое главное, — последствий. Не боится, что его могут лишить за это дома, семьи, свободы, но делает Божье дело как раб Иисуса Христа.


На ниве Господней нужны только делатели, способные выполнять любую порученную Господом работу, несмотря на трудности. А такое послушание может проявлять только раб Иисуса Христа, раб добровольный, безраздельно отдавший себя в Его распоряжение.


Свое послание к Филиппийцам Апостол Павел начинает так: «Павел и Тимофей, рабы Иисуса Христа...». Интересно заметить, что текст этот подчеркивает два очень важных обстоятельства: во-первых, — представители двух поколений — старшего и молодого — выступают в полном единстве; и, во-вторых, —это единство основано на служении Богу: они рабы Господа Иисуса Христа. В такой согласованности — великая сила!


Я помню, как в одном городе на празднование столетия русской Библии перед началом богослужения в собрание вошли два седобородых старца. В руках у них была большая Библия. Обращаясь к присутствующим, один из них сказал: «Мы принесли вам Слово Божье, которое приняли от отцов и дедов, а те, в свою очередь, приняли его от Апостолов, а Апостолы — от самого Христа. Нам трудно было сберечь его, многих из нас уже нет, они — в вечности. Но мы старались сохранить его неповрежденным и теперь передаем его вам».


Служители средних лет бережно взяли из их рук Библию и, обращаясь к молодым христианам, говорят: «Мы пронесли Слово Христово сквозь тюрьмы и тяжкие испытания. Многие из нас дополнили число мучеников, но мы сохранили его в чистоте и передаем вам.


Возьмите его и достойно несите следующему поколению». Юноши приняли Библию и передали ее детям. «Детки дорогие! — говорили они. — Хотя мы молоды и сильны победить лукавого, но часто способны огорчать Господа. Мы будем прилагать все усилия, чтобы верно передать это спасительное Слово вам, а вы, возможно, будете иметь счастье вручить его Самому Господу Иисусу Христу».


Дорогие друзья! Нам, молодым, передано нашими отцами, нашим гонимым братством это драгоценное Евангелие. Вот уже 18 лет Совет церквей самоотверженно отстаивает его чистоту и все его служители страдают за это. Но готовы ли мы в тесном содружестве с ними подвизаться за веру евангельскую, как Апостол Павел и Тимофей? Задумывался ли каждый из нас над вопросом: являюсь ли и я рабом Иисуса Христа?


Псалмопевец Давид говорит так: «О, Господи! я раб Твой, я раб Твой и сын рабы Твоей» (Пс. 115, 7). Посмотрите, какое глубокое посвящение себя Богу! Сможет ли сейчас каждый из нас произнести эти слова: «Я раб Твой!»? Если кто не сможет, то я очень желаю, чтобы после этих рассуждений такая душа, встав на колени, все-таки от сердца сказала: «Господи! Отныне я — раб Твой!» Да поможет Господь нам это сделать, потому что благословения Божьи изливаются только на рабов Его, хотя Сам Иисус говорит ученикам: «Я уже не называю вас рабами... но Я назвал вас друзьями» (Иоан. 15,15). Всех тайн не скажет господин рабу, но путь к достижению этого величайшего преимущества — быть другом Богу — лежит через полную отдачу Ему в послушание, как отдает себя раб своему господину.


Мария, мать Господа, в восторге души своей говорит: «Возрадовался дух Мой о Боге, Спасителе Моем, что призрел Он на смирение рабы Своей» (Лук. 1,47—48). Величие всякой души заключается в том, чтобы по отношению к Господу быть рабом и только рабом.


Мне могут возразить, что есть призвание выше, чем раб. Раб — это презренно и унизительно для достоинства человека. Но быть рабом этого мира и рабом Иисуса Христа — совершенно разные вещи.


Одному брату недруги Евангелия сказали: «Ну что там у вас— рабство да рабство. Ты, давай, бросай с рабством, приходи к нам, мы из тебя человека сделаем». Брат на это ответил: «Нет, лучше быть рабом Христа и слугой Божьим, чем быть даже властелином мира, но служить князю тьмы!»


Рабство христианина — особое рабство. Оно ведет к благословенной цели, к почести вышнего звания, но при условии: если оно добровольное. Раб — это не слуга. Слуга работает у господина за плату или еще из-за какой-нибудь выгоды. Раб никакой выгоды не имеет, ни на что не надеется. Слуга временно нанимается на работу, а раб—до конца жизни. Слуга имеет свои планы, цели, имеет свою волю, свое «я». Раб не имеет ничего. Нет у него ни своих планов, ни своей воли. Он — не свой, но полностью является собственностью господина. По древнему закону Моисея раб из израильтян отпускался на свободу на седьмой год. Если же он не хотел уходить от своего господина, тогда его ставили к косяку двери и прокалывали ухо. И больно было, но раб сам этого хотел. Это было знаком его добровольного посвящения господину на всю жизнь. Его никто не принуждал к этому. Он оставался служить господину не из страха, но по любви к нему.


Рассказывают случай из жизни рабов в Африке. Сын рабовладельца тайно от отца уверовал в Бога и, видя непосильный труд рабов, упросил отца позволить ему на праздник отпустить одного из них. Отец счел это за юношеский каприз и доставил сыну эту радость.


Придя на плантацию, сын не знал на ком остановить свой выбор: обессилевшие старики, люди средних лет и совсем молодые изнывали от жары и тяжелого труда. Сердце его сжалилось над изнеможденным юношей. «У него вся жизнь впереди, — подумал он, — освобожу его». Он подозвал его и говорит: «Ты свободен! Никто тебя не заставит больше работать. Иди куда хочешь!» А сам сел в карету и поехал. Юноша постоял в недоумении, потом, когда до него дошел смысл сказанных слов, пустился бежать за каретой что есть сил. Догнал своего благодетеля, упал перед ним и стал умолять: «Господин! Ты такой добрый, возьми меня к себе в рабы, я хочу быть твоим. Не оставляй меня. Куда мне идти? Возьми меня...»


Дорогие друзья! Была ли у вас такая встреча с Иисусом Христом, когда вы поняли, что некуда вам больше идти, что только у Христа глаголы вечной жизни?! Пережили ли вы такое состояние, когда душа, ни в ком не найдя успокоения, в глубоком смирении говорит: «Господи, я добровольно хочу быть Твоим рабом. С радостью буду исполнять любую работу, пойду и поеду куда угодно! Я — Твой раб!»?


Нам иногда кажется, что мы—рабы Господни. Но быть рабом в истинном смысле этого слова — не так легко. Такого .состояния нужно достигать. Верная служба Господу может быть только из любви. Многие христиане следуют за Иисусом, имея свои какие-то цели. Их служение сводится к тому, чтобы Бог им больше и больше давал Своих благ. Они хотят только принимать от Бога. Это корыстное служение. Апостол Павел пишет: «И если мы в этой только жизни надеемся на Христа, то мы несчастнее всех человеков» (1Кор. 15, 19).


Другие служат Господу из страха, чтобы Бог не покарал их. Это, конечно, выше, чем из корысти, но в таком служении человек не проявляет себя полностью. Он дошел только до Синая, но не пережил благодати Голгофы и жертвы искупления. Служение из страха — неполноценно.


Лишь служение и поклонение Богу из любви — угодно Ему. Я не только потому служу Богу, что Он спас меня; не потому, что Он покарает меня, но потому, что я искуплен Его страданиями, и потому, что я люблю Его и в знак благодарности посвящаю себя навеки Ему в рабы, как Апостол Павел и его ученик Тимофей.


Какие же требования предъявляются рабу? Мы проследим, что говорит об этом Священное Писание: «Тогда Иисус сказал ученикам Своим: если кто хочет идти за Мною, отвергнись себя и возьми крест свой и следуй за Мною» (Мтф. 16, 24).


Итак, первое условие, необходимое для раба Христова, — это отвергнуть себя. Сердце человеческое черно в лучах солнца Духа Святого я нуждается в возрождении. Наше «я» должно быть перечеркнуто, и его место должен занять Христос. Кто-то в одном рассказе-притче сравнил наше «я» с сумкой, наполненной зловонными вещами, которую оставил старый хозяин, продавая дом. Эта сумка испортила весь жизненный уют новому хозяину. От нашего «я» ничего не должно оставаться, если мы стали рабами Христа. Если даже малой частью нашего сердца будет владеть дьявол, оно уже не будет храмом Духа Святого. Ничего общего не может быть у света со тьмой, никакого согласия между Христом и Велиаром. Отречение от своего «я», от всех его проявлений должно быть полным, бесповоротным, окончательным. Следуя за Господом, мы должны сами в себе иметь приговор к смерти (2 Кор. 1,9). Этот шаг трудный, но необходимый. Кто-либо скажет, что Господь говорил: только «некоторых из вас умертвят». Да, мы не знаем, что определил Господь каждому из нас. Но приговор в себе должен иметь каждый: если и смерть Господь допустит, то да будет воля Его святая.


Второе условие, чтобы быть рабом Иисуса Христа, — это оставить все и последовать за Господом (Мтф. 19, 27). Одно дело быть самоотверженным, и совсем другое — отречься от всего, что дорого и близко нам. Вы спросите: кто может быть для меня ближе и дороже, чем я сам? Но жизнь свидетельствует о том, что есть у многих то, чем они дорожат больше, чем собой.


В одной стране во время страшных гонений на церковь оставалась одна независимая организация по распространению Слова Божьего. Недруги всеми способами разыскивали ее. Арестовали пресвитера, стали пытать, но он ничего не говорил. Тогда его поместили в камеру и по трубам впустили голодных крыс. Пресвитер отбивался от них всю ночь, а к утру обессилел и упал. Крысы набросились на него, и недруги видели, что его жизнь висела на волоске, но он все же ничего им не открыл. Они отогнали крыс и стали снова пытать. Пресвитер по-прежнему молчал. Он был самоотверженным и готов был умереть. Тогда недруги привели в камеру его сынишку подростка и на глазах отца стали жестоко избивать. Пресвитер мужественно переносил свои страдания, отрекся от самого себя, но, когда увидел, как сын изнемогает от ударов и пыток, не выдержал: «Сын мой! Я не могу видеть твоих страданий. Я все сейчас им расскажу...» Но тут Господь пришел на помощь. Сын закричал: «Папа! Никогда не говори им ничего, если бы даже они убили меня...» Палач ударил изо всех сил сына, и кровь брызнула на стены. Больше отец уже ничего не говорил. Можно отвергнуть самого себя, но видеть страдания близкого человека иногда не хватает сил. Представьте себе страдающих детей, и как трудно бывает отрешиться от всего, видя их страдания. Кто читал Маккавейские книги, тот помнит, как на глазах у матери убили всех семерых сыновей за то, что они не ели идоложертвенного, и мать всех их благословляла.


По церковному преданию, прежде, чем распять Апостола Петра на кресте вниз головой, распяли его жену.


Многие сегодня откровенно признаются, что готовы идти за Господом, готовы страдать, но ради малюток-крошек нет силы идти дальше. Сами они готовы перенести что угодно, но когда дети страдают, — это многим бывает не под силу.


В истории церкви были случаи, когда невеста вынуждена была смотреть на смерть любимого человека, которого бросали на съедение зверям. Стоило сказать одно слово — и всего этого не было бы. Но Христос сказал: «Кто любит отца или мать более, нежели Меня, не достоин Меня; и кто любит сына или дочь более, нежели Меня, не достоин Меня» (Мтф. 10, 37).


Один служитель вел дело Божье с большой преданностью и оказался в узах. Община в его отсутствие почти распалась: верующие боялись предоставить свой дом для собрания. Вернувшись, брат сказал: «Отныне собрание будет в моем доме». Опять ожила церковь. Запел детский хор. Приходят недруги и говорят: «Чего ты добиваешься? Смотри, опять пойдешь в тюрьму. Жену тоже посадим за то, что с детьми занимается. Дом твой конфискуем, а детей в интернат отдадим. Чего ты хочешь? Неужели не можешь вести себя потише?» Брат смотрит и с улыбкой отвечает: «Поздно».


— Что поздно? Почему поздно?


— Потому что себя самого, и дом свой, и все самое дорогое для меня — жену и детей — я положил уже на алтарь Божий. И знаете, Бог принял мою жертву, а когда Он принимает жертву, то на алтаре остается только пепел. Возьмите его, а больше ничего у меня нет.


Третье условие, чтобы быть рабом Иисуса Христа, — это взять крест свой (Мтф. 16,24). Обратите внимание: взять крест — свой! Каждому Господь дает крест по силам. Иному кажется, что он очень тяжелый, готов даже его подпилить, облегчить. Но не нужно торопиться и роптать на наши трудности. В конце пути мы обязательно поймем, что именно эти лишения и тяжести оказались для нас спасительными. Если бы нам предоставили право выбора, то более соответствующего нам креста, чем тот, который послал Бог, при всем желании мы не найдем.


Четвертое условие хорошо отображено в словах: «Да будет совершен Божий человек, ко всякому доброму делу приготовлен» (2 Тим. 3,17). Мы говорили о рабах, а здесь встречаемся с выражением — «Божий человек». Скажите, когда раб становился собственностью господина, чьим именем он назывался?— Именем господина. А мы кому себя посвящаем? — Господу! Поэтому Его именем и называемся: Божий человек!


Но если не Божий, то чей же тогда? На земле есть только два господина, кому можно служить. Бог — Царь вечности, и князь мира сего— дьявол. Если я — не Божий человек, тогда я принадлежу другому господину.


Как отрадно, что мы с вами — Божьи люди, Божьи рабы! А Божьи рабы должны быть совершенными. Первый шаг к совершенству — это исповедание и оставление всех грехов. Если в нашем сердце гнездится какой-либо грех, то не услышит нас Господь (Пс. 65,18). Напрасно молиться, напрасно топтать дворы Божьи, — с беззаконниками Бог не имеет никакого дела. Поэтому, прежде чем приготовиться к доброму делу, нам нужно свергнуть всякое иго, освободиться от залипающего греха.


Богословы рассуждали как-то: что труднее всего для христианина, знающего Господа? И пришли к выводу, что верующего человека очень трудно привести к покаянию, когда он совершит грех или впадет в состояние равнодушия. Как трудно бывает христианину сказать: «Господи, прости меня за теплое состояние...». Он смотрит на себя, как при дневном свете, не замечая греховной пыли, но стоит ему подставить себя под лучи солнца Духа Святого, сколько темных пятен обнаружится! Бетекс спрашивает таковых: «Почему, брат мой, ты не хочешь быть как прозрачный кристалл, как алмаз? Почему ты хочешь быть темным каменным углем и боишься подставить себя под свет Божий? Ведь придет время, когда лучи Его пронзят тебя насквозь и ты не скроешься от Него».


Божьего человека можно подготовить к доброму делу, когда он будет совершенным. Можно быть самоотверженным, отреченным, можно нести крест свой, но не быть совершенным. Человек имеет четыре лица. Одно лицо — когда мы знакомимся с ним впервые; второе лицо открывается, когда, как говорят в народе, с человеком пуд соли съешь; третье — каким сам себя человек считает, а четвертое — каким его знает Бог.


Люди склонны думать о себе больше, нежели есть они на самом деле. Только оценка Божья бывает справедливой. Многим, хорошим в глазах своих. Господь может сказать: «Ты взвешен... и найден очень легким» (Дан. 5, 27). Тех же, кто в смирении просит: «Господи, я такой ничтожный, но хочу быть послушным Тебе...», — Господь может приготовить к доброму делу.


Великие Апостолы были совершенными, потому что давали себя подготовить ко всякому доброму делу и высшим для себя званием избирали звание раба Иисуса Христа.


Апостол Павел, когда был Савлом (Савл — по-древнееврейски «великий»), считал себя большим, но в глазах Божьих он был мал. Когда же он умалился, стал Павлом (означает «малый»), то воистину стал великим. Кратко проследим ступени, по которым Апостол Павел поднимался к совершенству.


Осиянный светом небесным, он увидел свое полное ничтожество и хотя говорит о себе, что благодать Божья в нем открылась обильно, все же подчеркивает: «Я недостоин называться Апостолом, потому что гнал церковь Божью»; называет себя извергом (1Kop.15,8—9). Затем, с благодарностью приняв служение, в смирении пишет Тимофею, что он— первый грешник (1Тим. 1,13—15). Христос возвысил этого первого грешника до великого святого, потому что он сознавал себя недостойным: «Я—изверг, а Ты меня милуешь, доверяешь служение! Ты—велик! Поэтому я готов по призыву Твоему идти куда угодно...».


Перед теми, которые не признавали его апостольства, он дерзновенно говорил: «Я — служитель, домостроитель тайн Божьих, носитель язв Господа Иисуса Христа» (1Кор.4,1; Гал. 6, 17).


Далее, продвигаясь по лестнице смирения, он приближается к совершенству и избирает для себя самое высокое звание: не богослова, не служителя, а раба Иисуса Христа (Рим. 1,1). В этом безмерном умалении он видит свое безмерное величие. Быть рабом Того, Кто есть Царь царствующих и Господь господствующих, Апостол Павел счел для себя большим приобретением, чем иметь все преимущества, даримые веком сим.


На закате своей жизни, претерпев столько страданий за любимое дело проповеди Евангелия, становясь жертвой, он пишет последнее напутствие своему истинному сыну в вере — Тимофею. Что же он пишет? Может быть, говорит: «Я много пострадал за это дело, а ты потише, сын мой, веди себя»? Нет. Он благословляет Тимофея, выражая самое сокровенное, самое дорогое для своего сердца: «Итак не стыдись свидетельства Господа нашего Иисуса Христа, ни меня, узника Его; но страдай с благовестием Христовым силою Бога...» (2 Тим. 1,8). Пройдя суровый путь благовестника, Апостол Павел свидетельствует Тимофею, что без страданий нет благовестия.


Готовы ли мы к такой проповеди Евангелия? Готовы ли сказать: «Господи! Я—раб Твой и отрекаюсь от всего, что мне дорого, чтобы только Ты был со мной. Я готов взять крест свой и следовать за Тобой. Я хочу быть совершенным Божьим человеком, хочу, чтобы Ты приготовил меня к доброму делу»?


Все христиане знают, что нам дано ради Христа не только веровать в Него, но и страдать за Него, но не все пользуются этим правом. Многие из любви к свободе и самому себе пренебрегают этим правом, как Исав своим первородством. Если мы продаем за чечевичную похлебку это право страдать за люби мого Господа, за торжество истины, за дело спасения грешников, то придет время, когда мы, как Исав, будем горько оплакивать свое равнодушие, но никогда не сможем вернуть благословенного времени, чтобы исправить все. Да сохранит нас от этого Господь!


Итак, самое благословенное дело на земле — трудиться для Господа, для Царства Его, трудиться там, где опасно, где выпадает счастливая доля пострадать за своего Спасителя и Господа. И эта золотая участь не обойдет нас, если будем безукоризненно исполнять волю Его. Да не будет равнодушно сидящих в наших церквах, которым безразлично святое дело Господне, но отдадим свою жизнь в полную принадлежность Ему, чтобы впоследствии услышать: «Хорошо, добрый и верный раб... Войди в радость господина твоего» (Матф. 25, 21).

Е. Н. ПУШКОВ

Copyrights© 2017 All Rights Reserved by Vestnik Istiny®