« Обратно к выбору



1979

Враги креста Христова


Ибо многие, о которых я часто говорил вам, а теперь даже со слезами, говорю, поступают как враги креста Христова. (Фил. 3,18)


Aп. Павел—высшее олицетворение служения Христова. Бдительный пастырь, он постоянно был занят духовной паствой, которую Бог поручил ему пасти. Он проповедовал Евангелие грешникам, но этим не ограничивался и не допускал мысли о том, чтобы обращенных ко Христу предоставить их собственному попечению. Он зорко следил за духовным состоянием отдельных верующих и постоянно интересовался успехами или неудачами основанных им церквей. Зажигая новые светочи Истины во мраке языческих народов, он не прекращал духовной связи с общинами в Малой Азии, которые возникали там по его свидетельству. Из приведенного выше текста мы видим, как An. Павел дает свои советы, указания, предостережения верующим в г. Филиппах.


Верность Апостола всегда шла рядом с его бдительностью. Если он замечал в церкви тот или иной грех, то без малейшего колебания на него указывал. Ап. Павел не был похож на современных проповедников, которые могут наблюдать нечистоту и срам в церкви и ничего об этом не сказать людям, которые допускают этот срам. Такие проповедники хвалятся и славятся тем, что они никогда «не касаются личности». Они приобретают этим популярность и славу себе, но по словам Апостола — «слава их в сраме». Совершенно иначе поступал Апостол. Он не боялся открыто обличать согрешающих и делал это «часто».


Но если, с одной стороны, Павел был строг, то с другой — он был исполнен материнской нежности. Когда он обличал виновных, его собственное сердце обливалось за них кровью. Из любви и сострадания к ним Павел не мог совершать своего ответственного служения, с сухими глазами. Он обличал «со слезами», и люди это чувствовали и каялись.


Возлюбленные, слова серьезного увещевания, с которыми в свое время Ап. Павел обратился к Филиппийцам, относятся ко многим верующим людям сегодня. Поведение некоторых членов церкви здесь и там явно свидетельствуют о том, что они враги креста Христова. И это повсеместное зло не уменьшается, а, напротив, увеличивается с каждым днем. Те церкви, которые еще недавно могли считать себя свободными от «врагов креста Христова», сегодня уже не могут этим похвалиться. В наш век стало больше истинных христиан, но зато и число лицемеров значительно возросло. Среди многочисленных членов церкви есть порядочное количество людей, которые не имеют никакого права быть членами общин, называться верующими христианами, принимать участие в церковных делах и в Вечере Господней. Мы говорим об этом прямо, не скрывая. Если бы Апостол Павел мог посетить наши церкви и познакомиться ближе с нашими членами, он не удержался бы от слез и от того, чтобы не сказать: «Многие из вас поступают как враги креста Христова, потому что «их бог — чрево, они мыслят о земном».


Ап. Павел не принадлежал к числу людей, у которых «глаза на мокром месте». Он не был неврастеником, человеком с повышенной чувствительностью, который может волноваться из-за пустяков и «пустить слезу» при всяком сентиментальном случае. Нигде в Писании мы не встречаем, чтобы Ап. Павел плакал, страдая за имя Христово. Когда гонители растянули его ремнями и собирались бичевать. Апостол не проронил ни одной слезы, не произнес ни одного звука жалобы. Когда его и Силу избили в Филиппах и бросили израненного во внутреннюю темницу, он, «забитый в колоду», не стонал, а пел хвалебные гимны Богу. Но здесь, склонившись над посланием к Филиппинцам, он орошал его обильными слезами.


Слезы Апостола были вызваны тремя причинами:


Во-первых, он плакал о грехах некоторых членов церкви;


во-вторых,—о результатах поведения таких членов;


в-третьих,—об ожидающем их роковом конце.


Ап. Павел плакал, как мы сказали, прежде всего о грехе так называемых «христиан по паспорту», «по наследству», формалистов, хотя внешне и принадлежащих к церкви, но внутренне, сердечно не ходивших пред Богом и людьми. Они служили другому богу. «Их бог—чрево», пишет Апостол.


Чувственность—вот тот грех, в котором были они повинны. В те времена были и такие христиане, которые старались совместить участие в Трапезе Господней с пиршествами в языческих капищах, предаваясь объедению и пьянству. Другие, вдобавок, предавались постыдным страстям. Некоторые, правда, не доходили до подобного бесстыдства, но, тем не менее, допускали всякого рода излишества и больше обращали внимания на внешнее благочестие, чем на развитие внутренней духовной жизни, а поэтому чрево стало у них на первом месте.


Спросим теперь самих себя: не заслуживаем ли и мы такого же обличения, какое было сделано Апостолом Павлом некоторым верующим в церкви Филиппийской? Не наблюдаем ли мы и в наших церквах, как некоторые члены заняты самими собой, как высоко они стоят в своих собственных очах и как дорого себя расценивают? Нет ли и среди нас тех, чья «мирская» жизнь служит для многих камнем преткновения? Нет ли и у нас тех людей, которые живут, как язычники, в роскоши, в расточительстве, в плотских удовольствиях и забавах? Не тратят ли некоторые из нас большие суммы денег на украшения, платья, обувь и другие чрезмерно дорогие предметы роскоши, которыми прикрывают свое бренное тело, не помышляя нимало о жуткой наготе своей бессмертной души. Лжесестры и лжебратья вкрались в наши ряды. Они, как ядовитые змеи, скрывающиеся в траве, жалят церковь и накосят непоправимый ущерб всему делу Божьему. Присмотреться только к этим людям—и можно сказать без малейшей ошибки: «их бог чрево».


Второй упрек и обличение, с которыми Ап. Павел обращается к мнимым христианам в Филиппах, выражался в том, что «они мыслят о земном».


Если первое обличение не вполне коснулось вашей совести, то это, второе, должно поразить вас в само сердце. Я решительно утверждаю, что зло, о котором упоминает здесь Апостол, пышно цветет во всех наших церквах и является уделом многих наших членов. Возьмем для примера один из многих признаков «земного мышления» — тщеславие.


Спаситель сказал, что желающий возвыситься должен унижать самого себя, а поэтому принято понимать, что христианин — это человек скромный, простодушный, откровенный, готовый «быть всем слугою», исполнять самые незначительные обязанности в служении церкви. Но так ли это? Среди учеников смиренного Галилеянина в наши дни встречается немало людей, которые задались целью «стать известностью», добиваться во что бы то ни стало главенства, высших почестей, важного положения, одним словом—прославиться.


Вторым признаком того, что верующий человек «мыслит о земном», является скупость.


Этот ужасный порок, совершенно противоречит Духу Христову. Однако мы то и дело встречаем среди верующих болезненно скупых людей. Их кошельки с большим трудом открываются, когда речь идет о какой бы то ни было нужде дела Божьего. Свою скупость эти люди называют рассудительностью, осторожностью, расчетливостью, экономностью, умеренностью... Вместо того, чтобы служить своими деньгами распространению Евангелия по всей земле, они копят этот презренный металл до последнего своего вздоха и негодуют на всех, кто обращается к ним за помощью. О чем же эти люди думают, как не о земном?


Я скажу с большой скорбью, что если вы хотите найти людей, жадных к наживе, к обогащению и ради этого не щадящих своего здоровья и жизни, людей, немилосердных к своим должникам и жестоких к своим служащим, склонных к воровству и лихоимству, людей, «поядающих домы вдов и напоказ долго молящихся», то не ищите их на улицах,—ищите в церкви. Мне стыдно говорить об этом, но я не могу быть правдивым, умолчав об этом. Как это ни странно, но людей, «мыслящих о земном», мы часто встречаем не только среди рядовых членов, но также и среди почтенных дьяконов и служителей церкви, которые «имеют вид благочестия», но ничего не знают о личном следовании за Господом.


Третьей характерной чертой лжебратьев в Филиппийской церкви было— «слава их в сраме». Как это свойственно формальному христианину! Он гордится и тщеславится даже своими грехами, выдавая их за добродетели. То, что в жизни других людей он назвал бы низостью и пороком, то считает для себя заслугой. Свою грубость он называет прямотой и откровенностью; свое лицемерие — приличием; плотскую суетливость и шумиху — усердием. Скрытый яд сатаны он выдает за целебные средства Христовы. Он хвалится аккуратностью в выполнении религиозных обрядов. Если нужно подметить у кого-нибудь малейшую слабость, изъян в поведении человека, то никто другой так хорошо не справится с этой задачей, как он, так как на ошибки других он смотрит через увеличительное стекло и может обнаружить в любом глазу не только сучек, но мельчайшую пылинку. Зато никто другой не имеет права указать ему на его «бревно». Он может грешить безнаказанно. Если бы пастор вдруг решил сделать ему самое невинное замечание, он готов был бы усмотреть в этом замечании клевету и осуждение и уже никогда бы не смог «уважать такого человека».


О возлюбленные! Многие члены наших церквей окажутся в свое время членами ада. Многие из тех, кто участвует в служении церкви и в Вечере Господней, делают это по привычке, оставаясь такими же духовно безжизненными, как мертвецы в гробах. Ах, как легко сейчас выдавать себя за чадо Божье и быть членами христианской церкви! Ведь можно следовать за Христом, не имея никакого понятия о «несении креста своего». Так мало требуется в наши дни самоотречения, порабощения и умерщвления плоти своей и еще меньше любви к Богу и ближнему. Что требуется для того, чтобы быть верующим, членом церкви? — Вступить в церковь, креститься, заучить несколько гимнов, уметь произнести в крайних случаях несколько слов молитвы, посещать изредка собрания, бросать жалкие гроши на тарелку, иметь почтенный вид и внешнее поведение, слыть за набожного человека и с легким сердцем направляться в погибель...


Я знаю, возлюбленные, что говорю слишком резко, но разве то, что я сказал не истинно и смею ли я об этом повальном зле умалчивать? Кровь кипит в моих жилах всякий раз, когда мне случается иногда встречать людей, характер и поведение которых заставляют меня краснеть, рядом с которыми я едва решаюсь сесть и которые, нимало не задумываясь, величают меня своим «братом». Я в глубине своего сердца молюсь и прошу Бога простить им подобное заблуждение, но готов открыто кричать, что никак не могу признать их братьями во Христе. Я не решусь величать их священным словом брат, пока они не возродятся свыше и не будут поступать достойно этого звания. Я понимаю, что всякий, у кого «бог—чрево и слава его—в сраме», виновен перед Богом. Но когда этот самый виновник драпируется тогою христианства, когда он теоретически знаком с истиной и при случае говорит о ней другим, или когда он называет еще себя «рабом Божьим», то насколько же увеличивает он этим свою и без того тяжкую вину и ответственность пред Богом?! Можете ли вы представить себе вину человека, который сознательно и регулярно лжет Богу и грешит против своей собственной совести, говоря, что он христианин, «Христов», принадлежит Ему, и в то же самое время «живет в свое удовольствие», как все другие люди, «живущие по воле языческой», «по воле князя, господствующего в воздухе», «по обычаю мира сего, а не по Христу»?


Если ты, читатель, сознаешь себя виновным в этом же самом грехе, тогда оплакивай твой грех кровавыми слезами, потому что преступление твое перед Богом невозможно выразить словами.


Апостол Павел оплакивал грехи людей, недостойно носивших имя Христово. Но еще более горячо плакал он о пагубных последствиях, которые влекли за собой поведение этих людей. По словам Апостола, люди эти—«враги креста Христова».


Да, прав ты, о Павел!


Конечно, такой верующий человек-враг креста Христова. Мы склонны рассматривать большими «врагами креста» всех безбожников, кощунников, хулителей, скептиков, злодеев. Но, оказывается, самыми жестокими врагами этого «креста» являются не они, а «христиане», зараженные духом фарисейства, снаружи прикрытые показным, внешним благочестием, а внутри исполнены всякой скверны и нечистоты. Мне иной раз кажется, что нам всем, истинно верующим людям, надо было бы присоединиться к Апостолу Павлу и вместе с ним проливать горькие слезы при мысли, что самые жестокие и неотразимые удары делу Божьему наносят люди, бесстыдно и слепо выдающие себя за верующих последователей Христовых. Это они «вновь распинают в себе Сына Божия и ругаются Ему».


Посмотрите! Вот печально идет мой Спаситель. Руки Его изранены и обагрены Кровью... О Иисус! Иисус! Мой Господь! Кто снова заставил Тебя страдать и проливать драгоценную Кровь Твою? Откуда эти новые раны и почему в такой глубокой скорби пречистый


Лик Твой? «Отчего же на руках у Тебя рубцы?». Вероятно, Тебя унизили, оскорбили и изранили в собрании нечестивых, в притоне греха и разврата?


— О нет! — восклицает Спаситель грешников, — «Меня били в доме любящих, Меня!» (Зах. 13 гл.). Рубцы эти Я получил от руки людей, носящих Мое имя, сидящих за Моей трапезой, знающих Слово Мое. Они распинают Тело Мое снова и «Кровь Завета попирают!»


История повествует нам о непоколебимости Цезаря, который потерял, однако, самообладание, когда среди заговорщиков увидел своего друга Брута. «И ты, Брут!»—воскликнул Цезарь и, закрыв голову тогою, залился слезами.


Если бы Христос появился в наших собраниях, Он мог бы многим сказать то же самое: «И ты, называющий себя Моим последователем и учеником?!»


Если мне суждено потерпеть поражение в битве, то пусть победят меня противники мои, а не изменившие мне союзники мои.


Если крепость, которую мне поручили защищать до последнего вздоха, должна все же пасть, тогда пусть враги войдут в нее, перешагнув через мой труп. Смерть для меня будет гораздо милее, чем предательство солдат, сражающихся рядом со мной. А между тем, многий» проповедникам приходится иметь дело с подобным предательством, когда в церковь пробираются вместо «воинов Христовых» — иуды-предатели. Если так называемый «брат» переходит в лагерь «врагов Христовых», он наносит мне двойную рану: огорчение от поражения и от измены. Я, лично, опасаюсь не так врагов открытых, как ложных и лицемерных друзей. Пусть лучше будут осаждать меня миллионы демонов вне церкви, чем мне иметь дело с одним врагом внутри общины. Не будем страшиться врагов внешних, будем опасаться врагов внутренних. «Хищные волки в овечьей шкуре» — самые злейшие «враги креста Христова». Служители Господни должны не только молиться о них, проливая слезы, но и призывать на них справедливый Суд Божий. Они заслуживают того, чтобы Бог воздал им по делам их.


Своим поведением они несказанно оскорбляют и огорчают Церковь — совокупность верующих. Тело Христово. Их нехристианские поступки вызывают у истинных чад Божьих постоянное томление духа и жалобные стоны. Пусть оскорбляют и забрасывают меня грязью лютые безбожники, я готов даже поблагодарить их за оказываемую мне честь, если они преследуют меня как христианина, за имя Христово. Но если имя Христово хулится, потому что недостойный человек, именующий себя верующим, вызывает заслуженное порицание за свою безнравственность и нечестную жизнь, тогда сердце мое болезненно сжимается, потому что подобные соблазны вредят делу распространения Евангелия несравненно больше, чем страдания исповедников и костры мучеников. Пусть проклинает меня всякий, ненавидящий моего Господа, я не пролью при этом ни единой слезы; но когда я вижу лжеучеников Христовых, отрекающихся от Господа, моя душа наполняется смертной скорбью. Я глубоко уверен, что такую же скорбь разделяет со мной и всякий истинно верующий человек.


Подобные лжебратья непременно вносят в церковь ссоры и разделения. Убедившись на опыте, я с полной уверенностью могу сказать, что причиной всех недоразумений и разномыслии в церкви являются проникшие в церковь «искатели своего», «волки в овечьей шкуре». Между нами, верующими, было бы гораздо больше любви, сердечности и откровенности, если бы эти «внутренние враги» не научили бы нас урокам осторожности, замкнутости и подозрительности. Это они работают на руку сатане и помогают ему «клеветать на братьев наших день и ночь», обливая грязью верующих и отравляя жизнь проповедников. Заметим также, что эти люди служат камнем преткновения для людей ищущих истины, приближающихся к Богу, но еще не обращенных. Сколько самых честных искателей разбивается об их камень. Сколько молодых людей было оставлено в их серьезных исканиях истины, остановлено бестактностью, грубостью и бессердечной требовательностью и строгостью этих самовлюбленных и самоправедных фарисеев, помешавшихся на внешней елейности и показной святости. Это к ним Христос обращается и со священным негодованием говорит: «Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры... вожди слепые... порождения ехиднины... потому что сами вы не входите в Царство Небесное и хотящих в него войти не пускаете».


Третье плачевное последствие нехристианского поведения лицемеров заключается в том, что поведение это доставляет великую радость дьяволу и всем служителям его.


Нам, верующим, не страшно, что мирские люди могут говорить или писать о нас плохое, если все это вымысел и ложь. Никакие аргументы и доводы наших противников, какими бы ловкими они ни были, если они основаны на одной лишь лжи, не могут причинить церкви заметного ущерба. Но если обвинения, возводимые на нас, основаны на фактах, на недостойных делах и поступках верующего, тогда сатана радуется и торжествует. Если поведение верующего безупречно, он вскоре обезоружит самую злостную критику. Если он ведет святой образ жизни, его врагам вскоре надоест подымать его на смех, клеветать и издеваться; но если он и действительно «хромает на оба колена», живет не по-христиански, а по-мирски, тогда он дает повод к соблазну и нападкам на церковь и Евангелие. Люди вправе нам сказать: «Вы только красиво говорите, но не исполняете того, что проповедуете другим». Будем же остерегаться того, чтобы нашими слабостями, грехами и падениями не давать основания противникам для злословия и поношения святых истин Писания.


Но пора перейти к третьей причине глубокой скорби Апостола Павла. Причина эта выражается в приведенном выше стихе следующими словами: «Их конец — гибель!»


Слышите, возлюбленные?—Формальное христианство без коренной и полной перемены сердца приводит к гибели. И надо тут же добавить — к самой ужасной гибели!


Да, если существуют темницы более мрачные и отвратительные, чем другие, если существует где-либо пламя более опаляющее, страдания более жестокие и мучения невыносимые, то они непременно будут уделом тех людей, которые «устами чтили Бога, сердце же их далеко отстояло от Него», чье христианство было только лицемерием и сплошной ложью. Что касается меня лично, то я, воистину, скорее предпочел бы умереть нераскаянным грешником, чем лицемерным верующим. Представьте себе, каково будет пробуждение в вечности души, которая удовлетворялась плотской жизнью и утешала себя ложной надеждой на вечное спасение. Чем больше душа обманывала сама себя, тем сильнее будет ее разочарование: «Господи, Господи! отвори нам двери Твоего брачного чертога!» — будут вопиять они, и Господь ответит: «Отойдите от Меня, Я никогда не знал вас!»


Возлюбленные! Подобная участь человека еще мрачнее и ужаснее, чем пребывание его в тюрьме, в камере пыток, в могиле, в аду. Такова судьба тех христиан, у которых «богом их было чрево, слава — в сраме, и мыслили они — о земном».


Прежде чем я закончу свою проповедь, позвольте мне ответить вам на мысли, которые могли возникнуть у вас при слушании меня.


«Вот действительно проповедник, который не щадит церквей и правильно делает. Он заставил верующих выслушать горькую о них правду, и я вполне разделяю его мнение: все эти так называемые верующие только носят личину благочестия, а на самом деле нет среди них ни одного порядочного человека, все они плуты, обманщики и лицемеры!»—скажут безбожники.


Остановитесь, друзья! Сохрани меня Бог сказать то, что вы сейчас мне приписываете. Говоря так, я впал бы в тяжкий грех. Напротив, уже сам факт существования лицемеров служит неоспоримым доказательством того, что есть и истинные христиане. Думаете ли вы, что возникла бы надобность в фальшивых кредитных билетах, если бы в мире не было настоящих казенных денег? Подобно тому, как ценность настоящей монеты побуждает фальшивомонетчика выдавать свою подделку за нечто настоящее, так и духовная красота подлинного христианина вызывает у лицемеров желание ему подражать. Не имея в сердце своем Духа Святого, который творит христианскую жизнь, лицемеры стараются «казаться праведниками», иметь хотя бы «вид благочестия».


«Да, это вполне логично»,—скажет здесь некто из моих слушателей и добавит: «Мне приятно слышать, что среди такого множества лицемеров есть и подлинные верующие и, к счастью, я принадлежу именно к этому незначительному «малому стаду», в чем я никогда и не сомневался. Поэтому твои предостережения, проповедник, для меня излишни, хотя очень нужны другим. Подумать только—более 20 лет я состою членом церкви, более 10 лет имею честь быть членом церковного совета, пользуюсь всеобщим доверием и уважением! Если еще я не буду принят в блаженные обители, то тогда могу с уверенностью сказать, что попадут туда совсем немногие и даже очень немногие...»


Дорогой друг! Прости, но я должен сказать тебе откровенно, что избыток твоей самоуверенности внушает мне серьезное опасение. Никогда не пришлось мне еще встретить подлинного христианина, который был бы так доволен своим духовным состоянием. «Испытывайте самих себя в вере ли вы? самих себя исследывайте...», чтобы хорошенько убедиться: не является ли ваша самоуверенность сетями сатаны? «Посему, кто думает, что он стоит, берегись, чтобы не упасть»! «Испытай меня, Боже, и узнай сердце мое; испытай меня, и узнай помышления мои; и зри,не на опасном ли я пути, и направь меня на путь вечный».


Возлюбленные, если высказанные мной предостережения Слова Божьего, приводят вас к такому самоанализу и вызывают из глубин вашей души такую молитву к Богу о проверке, я благодарю Бога, Который позволил мне напомнить вам Его непреложные слова.


Среди слушателей и читателей всегда найдутся души беспечные, которым безразлично кому они принадлежат: Богу или дьяволу и для которых неважно, будут ли они вечно блаженствовать или навеки погибнут. Невзирая на Божья предостережения и угрозы, эти люди без страха и стыда продолжают жить прежней греховной жизнью и глумятся над всем святым. Безумные и слепые! Придет время и для вас, и, поверьте мне, оно уже не за горами: «смех ваш обратится в плач и радость — в печаль...» Теперь вы ни во что ставите Единственного в мире Спасителя, потому что Он кажется вам вовсе ненужным, но когда разразится над вами пылающий гнев Божий, тогда вы станете взывать «к горам и камням: падите на нас и сокройте нас от Сидящего на престоле! Ибо пришел великий день гнева Его, и кто может устоять?»


Да благословит вас Господь! Да обратит Он вас к Ceбe! Да сделает вас искренними и настоящими детьми Своими.


«Возвратитесь, мятежные дети, отвергните от себя все грехи ваши... зачем вам умирать?»

Ч. Сперджен

Copyrights© 2017 All Rights Reserved by Vestnik Istiny®